Исповедь и покаяние

Таинство покаяния по-другому называют исповедью, и это наименование для людей все-таки более привычно. Но на самом деле это не совсем одно и то же.

Исповедь — это скорее "визуализация" покаяния, то есть того внутреннего дела, которое мы совершаем в душе. То есть именно в покаянии заключается истинный смысл.

Покаяние в первую очередь предусматривает — даже этимологически — исправление. Этимологически — потому что на греческом языке наименование этого таинства несет в себе смысл не просто раскаяния, но еще и понимания того, что человек должен изменить свое поведение.

Покаяние сопровождает христианина на протяжении всей сознательной жизни, поскольку в каждого из нас Господь вложил Свой «голос», который мы называем совестью. Часто мы, к сожалению, ищем возможность его в себе заглушить, но тем не менее голос этот всегда прав.

Если мы чувствуем, что совесть нас обличает, то значит мы совершаем или хотим совершить что-то противное Богу. Вот когда мы голос совести заглушаем, начинаем себя уговаривать, что «так все делают» или что-то подобное, то в какой-то момент совесть отступает. Но при условии, что человек все-таки понимает, что в чем-то он поступил неверно, в душе под воздействием совести возникает чувство раскаяния.

И вот тут вспоминается отрывок из Евангелия, в котором воскресший Христос явился отрекшемуся от Него апостолу Петру и трижды спросил его: «Любишь ли ты Меня?», и Петр трижды ответил «Да». Через это исправление совершенного греха Петр был восстановлен в апостольском служении, и точно также нам Господь дает возможность исправления совершенных проступков.

Грех, совершенный нами, оставляет отпечаток на душе. Но при желании измениться Господь дает нам силу бороться с грехом, дает благодать, которая рвет нашу связь с диаволом. Именно это происходит во время исповеди — священнодействия, заповеданного нам Богом.

Кстати, Новый Завет дает нам два примера покаяния, раскаяния в своих проступках. Это раскаяние апостола Петра и раскаяние апостола Иуды. Ведь четко сказано, что Иуда раскаялся в том, что предал Спасителя: он не принял 30 сребреников и бросил их обратно Синедриону. Но это покаяние привело его не к исправлению жизни, а к самоубийству. Поэтому само по себе покаяние, то есть чувство понимания своего греха — это еще не хорошо и не плохо, это нормально для человека. Должны быть попытки исправления, изменения своей жизни.

А вот на исповеди человек перед лицом Бога кается, то есть озвучивает свое покаяние, а священник выступает свидетелем. Это очень важный момент: священник ни в коем случае не посредник между Богом и человеком, не шлагбаум, который достойных к Богу пропускает, а недостойных нет.

Просить у Бога прощения грехов мы можем не только на исповеди, а в любой момент жизни, а лучше сразу же, как осознали проступок. Но во время исповеди священник выступает свидетелем нашего покаяния, чтобы потом засвидетельствовать о нем на Божьем суде. И человек, подходя к кресту и Евангелию, рассказывает Богу о всех своих дурных поступках.

Зачем произносить это вслух? Слово — это определенный рубеж. Пока не было сделано предложение «руки и сердца», юноша и девушка просто «встречаются», а после предложения они уже «жених и невеста». И хоть чувства есть уже давно, но пока не сказано — нет и статуса.

Вот с исповедью нечто похожее. Человек мысленно грех осознал, покаяние есть, но чтобы очиститься от него, сбросить с себя его власть, надо в последний раз его высказать, озвучить свое намерение исправления и оторвать этот грех от сердца. С этого момента после разрешительной молитвы священника грех не имеет власти над человеком.

Да, редко когда человек совершает какой-то грех единожды. Обычно осуждаем, злимся и обижаем других мы постоянно, и каемся в этом из раза в раз. Но это не значит, что нужно опустить руки и отдать себя во власть этого греха. Упали - что ж, поднялись, отряхнулись и пошли дальше - обязательно сделав выводы. С каждым разом, хочется верить, таких падений будет всё меньше и меньше - при условии, что мы и сами этого хотим.